«Ты стала страшной!» — бросил он мне в роддоме, а через 3 года ползал на коленях у моего джипа
— Ты стала страшной! — бросил он мне в роддоме, недовольно разглядывая мое отекшее лицо. Олег брезгливо двумя пальцами отодвинул край больничной пеленки, старательно избегая малейшего соприкосновения с казенной мебелью. Его безупречно выглаженный светлый джемпер казался совершенно чужеродным пятном в этой строгой палате. Я только крепче прижала к груди спящего Егора, чувствуя, как от возмущения … Read more